letidor_pravo (familyr_pravo) wrote in letidor,
letidor_pravo
familyr_pravo
letidor

Вадим Кем: "Самое сложное в России – найти специалистов"



текст: Ирина Максимова
фото: из архива "Школы жизни"


"Школа жизни" – это площадка, на которой встречаются подростки в тот момент, когда им нужна помощь. Здесь процесс самосознания, а за ним и самосовершенствования протекает не так сложно, как в обыденной жизни. В школе подростки получают опыт, который помогает им по возвращению. Создателем этого образовательного центра является Александра Ленартович, директор государственной интеграционной школы "Ковчег", а руководителем - Вадим Кем. Вадим рассказал "Летидору" о том, как благотворительный проект трансформировался в социальный стартап.


– Мы начали работать в прошлом году как социальный стартап. В 2010-2011 были благотворительным проектом. Подводя итоги за два года, пришли к выводу, что формат социального бизнеса более перспективен.

В самом формате благотворительного проекта заложено… не то, что унижение… но что-то очень близкое. Брать деньги на проект – это как брать конфетки, ехать в интернат и раздавать. Мне кажется, проект должен быть полнокровным. Должен существовать в условиях рыночной экономики. Тогда он реально принесет пользу людям. Это намного сложнее, но я верю, что у нас все получится. Надеюсь, что уже в этом году мы выйдем на самофинансирование.

 Каким образом планируете зарабатывать?

– Мы сейчас развиваем несколько направлений, в рамках каждого из которых будут созданы рабочие места для тех, кто действительно в них нуждается. Направления следующие: органическое земледелие, пасека и музей меда, выпечка цельнозернового бездрожжевого хлеба и кондитерских изделий, и, главное, строительство индивидуальных, быстровозводимых и доступных экологичных домов.

Почему главное? Потому что мы видели, как это работает. В 2010-м мы провели курс строительства экодома для подростков из санкт-петербургской "Кризисной психологической службы для детей и подростков". Совместное строительство необычного жилья – это одновременно и творчество, и реабилитация, и социализация. В ходе него развивается мощная групповая динамика, позволяющая каждому из участников избавиться от многих личных проблем и приобрести трудовые навыки.

В прошлом году строительство, к сожалению, отодвинулось на задний план – не было тренеров, а сам я заниматься этим не мог, так как основная часть моего времени уходила на решение оргвопросов. С конца июля продолжим строить. Поскольку в России мало специалистов по экологичному строительству, мы пригласили их из-за границы, и позвали на курсы тех, кто продолжит с нами развивать эту тему, включая создание строительной компании.

Первый курс был намечен на конец июля (курс был перенесен в связи с трагической гибелью Галины Сапожниковой, - прим. редакции). Планировалось вместе с Кейт Эдвардс из Англии строить круглый дом из соломы и самана. Второй курс намечен на конец августа. Его проведет архитектор и экостроитель из Франции Франк Деботе. Думаю, что уже в этом году мы построим демонстрационные дома. И начнем брать заказы. Запросы от потенциальных клиентов уже есть.

– Когда мы договаривались об интервью, перед вами стояла задача найти финансирование для июльских курсов. Как вы решили этот вопрос?

– Я с самого начала понимал, что заработать на таком курсе сложно, потому что тема интересна, в большей степени, тем, у кого т.н. лишних денег нет – людям, которые хотят уехать из города и быстро и дешево построить себе экодом. Поэтому проект изначально был социальным. А так как "себестоимость" у него немаленькая, то главной задачей было найти средства, чтобы выйти в ноль. Деньги нашли – помогли спонсоры. Плюс я объяснил ситуацию специалисту, и она сделала хорошую скидку.



– Как развиваются остальные направления?

– Мы уже печем бездрожжевой хлеб, отрабатываем ассортимент, скоро откроем магазинчик и будем налаживать связи с московскими супермаркетами. Научила нас Цента Лехнер, она же подарила нам для этого свое оборудование. А ее муж Вернер сейчас преподает у нас столярное ремесло. Цента и Вернер – друзья "Ковчега" и "Школы жизни", они много нам помогают, специально приезжая к нам из Германии.

Вернер купил для нас немецкие деревообрабатывающие станки, сейчас вместе с ребятами делает ульи для пасеки, мебель. Я до сих пор ищу ему подмастерье. Он готов передать технологию, мы готовы дать человеку возможность работать, обеспечить едой и жильем, пока не можем обеспечить деньгами, хотя… рядом строится дачное поселение, и заказы можно брать, это точно, так вот, нам сложно найти помощника. Приезжал один парень, поработал, потом сказал: "Хороший проект, но мне нужно зарабатывать". Это понятно, что нужно зарабатывать. Поэтому если я увижу, что человек надежный, что он увлечен делом и что ему в радость работать с подростками, я буду искать средства на оплату его труда.

Плюс у нас есть и развивается тема оздоровления. На территории центра (под Переславлем Залесским, Ярославская область, 97 км от Москвы, – прим. "Летидор") растет целый спектр целебных трав. Еще у нас есть технология лечения в рисовой ванне. Это древняя японская методика, ей более 3-х тысяч лет. В России, насколько мне известно, больше никто ей не владеет. Кроме того, собираемся заниматься лечением пчелами и продуктами пчеловодства.

Чтобы эти и другие направления развивались, нужны специалисты. Обычно как – появляется человек, готовый что-то делать, мы даем ему такую возможность, потому что наша площадка позволяет. Ресурсы можно найти. Самое сложное в России – найти специалистов – людей, готовых взять на себя ответственность, работать качественно и долгосрочно.

Еще мы стремимся к тому, чтобы часть подростков жила здесь постоянно, например, выпускники интернатов и подростки с особенностями развития – те, кому больше всего нужна помощь, а часть – самостоятельно или с семьями – приезжала каждые выходные на образовательные программы. Получается такое совмещение отдыха на природе с получением практичных навыков.



– Как к вам попасть в качестве учащихся на более длительный срок, нежели выходные?

– Нужно позвонить и договориться о встрече. Как правило мы приглашаем тех людей, которым нужна помощь, и которым мы реально можем помочь. В "Школе" действуют определенные правила, которые необходимо соблюдать, в частности ранний отбой, ранний подъем и ежедневные общественно-полезные работы. Дети участвуют во всех процессах – бытовых, трудовых и творческих. Это позволяет им становиться автономными и получать навыки, которые помогут определиться с будущей профессией.

– Какова стоимость "обучения"?

– Вопрос оплаты решается в индивидуальном порядке. Мы берем посильную плату.

– Ведется ли обучение основным школьным дисциплинам?

– Пока нет, к сожалению. Мы думаем, как это организовать. Должен появиться специалист, который возьмет это на себя. Подросток может перевестись на экстернат. И в этом случае нам нужен учитель-универсал, к которому могли бы обращаться дети и консультироваться по разным предметам. Хорошо, если бы он находился в "Школе жизни", но и дистанционное обучение и консультирование – тоже вариант.

– Как вы сотрудничаете с интернатами?

– Приглашаем ребят на курсы. Смена среды очень важна для детей из интерната. Чтобы они могли открыться и принять новую социальную роль. В интернате сложно чему-либо учить, потому что там у детей есть свои законы, как правило, это законы стаи, да и учителя часто не верят в своих подопечных. Ребенку сложно развиваться в такой среде. Если к нам кто-то приезжает, мы стремимся дать ему возможность сбросить с себя навешанные ярлыки. Мы знаем, что этот человек талантлив, что он может многое.

– Команда "Школы жизни" сейчас формируется. Вам трудно найти специалистов?

– Я долго жил в Германии, и у меня ментальность западноевропейская, я достаточно дисциплинирован и требователен к себе. В России сложно подобрать людей, потому что они привыкли работать по-другому. Они менее дисциплинированы. Их можно увлечь чем-то, и тогда они работают, их можно вдохновить на какой-то подвиг, но чтобы систематически заниматься каким-то делом – это сложно. Но постепенно люди находятся. В основном, через личные контакты – команда "Школы жизни" формируется из знакомых знакомых, друзей друзей.

Сейчас мне важно создание постоянного коллектива, на который можно положиться. В прошлом году одной из моих ошибок было полагать, что если я найду средства для работы площадки и позову увлеченных людей, они будут ее развивать. Так не работает. Должен быть один человек, который за все отвечает. Сейчас за все отвечаю я. Потом уже приходят люди, которым я должен дать стабильность. Я стараюсь.



– Со временем "Школа" разрастется до поселения? Или вы будете продолжать выпускать людей в жизнь?

– У нас скорее образовательный проект. Мы не хотим убежать от остального мира. Мы не привязываем к себе. Главная задача – дать человеку навыки, показать механизмы, чтобы он смог жить полноценной жизнью в мире, который есть. Также мы хотим, чтобы какое-то количество людей находилось у нас постоянно, чтобы был коллектив из организаторов – из взрослых и детей. До тех пор, пока дети не станут самостоятельными, чтобы самим идти в мир и что-то делать. Я вижу, что коммерческие предприятия не обязательно должны оставаться на нашей территории. Идеи могут здесь родиться, развиться, а дальше работать в другом месте. У меня даже нет стремления держать в секрете технологии, которые мы приобретем, найдем или создадим. Я за открытость. Мне кажется, только открытость поможет каким-то вещам обрести глобальный масштаб.

– Вадим, зачем вам это нужно? Почему вам интересно заниматься этим проектом?

– Наверное, из-за понимания того, что человек смертен. Сделать в одиночку то, что мне хотелось бы, я не смогу, зато могу создать условия для развития людей со схожими ценностями. Я вижу, как много людей не могут реализоваться. Потому что общество многие вещи не принимает. Образно говоря, ростки попадают в неподготовленную почву, и поэтому не дают всходов. Мне хочется создать среду, в которой человек будет раскрываться. Раскрывать свой потенциал, свои возможности, и творить. Вместе с другими. И это очень важно, потому что только вместе мы – сила. Только в коллективе возможности каждого из нас не ограничены.

– "Школа жизни" – единственный проект, которым вы занимаетесь?

– Нет. Также я работаю в региональной общественной организации инвалидов и родителей детей инвалидов "Ковчег" – координатором проектов и преподавателем. Но больше всего времени отдаю "Школе жизни". Если все правильно организовать, здесь можно заниматься самыми разными вещами. Место хорошее, природа хорошая, люди хорошие собираются.

– Почему вы решили заниматься этим в России, а не в Германии, Европе?

– Я люблю Россию. Я здесь родился. Я вижу, как много здесь возможностей. На самом деле, Европа в последние годы смотрит на Россию с большим ожиданием. Россия считается духовным центром. Считается, что именно в России начнутся процессы, которые постепенно изменят мир. В России есть, что развивать, европейские страны уже достаточно развиты. И социальные программы там тоже достаточно эффективно работают. Здесь много пробелов. Мне хотелось бы как-то поспособствовать их заполнению.

Читайте также:
Станислав Горбатовский: "Равноправия могут требовать и мужчины"
Почему дети такие разные: гены или воспитание?
Ирина Данилова: "Дети в воде учатся контролировать свои эмоции"
Зачем учить детей созерцать?



Tags: Люди, Пападром, Школа
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment